Серфинг (he‘e nalu) — очень старый вид спорта, настолько старый, что его фактическое начало невозможно проследить – в древней Полинезии, где он зародился, не было письменности, поэтому все свидетельства, мифы и легенды передавались из уст в уста столетиями. Эта передача происходила в форме песнопений, которые на Гавайях называются “меле” (наподобие наших славянских былин).
Многочисленные упоминания в этих песнопениях свидетельствуют о том, что искусство катания по волнам было одним из самых распространенных древних видов спорта, который в той или иной форме практиковали по всему Тихоокеанскому региону, от Новой Зеландии до Гавайев, от Острова Пасхи и до Новой Гвинеи.
Фактически, отсутствие упоминаний в других культурах, не говорит о том, что серфинг не практиковался, скорее всего скольжение по волнам присутствовало во многих странах, где есть волны, а на Гавайях этот вид взаимодействия с волнами стал глубокой частью местной культуры.
Содержание:
1. Что такое серфинг
2. Этимология слова
3. Первые упоминания о серфинге
4. Первые графические изображения серфинга
Что такое серфинг
Серфинг – это скольжение по волнам. С помощью чего оно достигается – вопрос второстепенный, ведь самый простой и естественный натуральный серфинг, который мы все испытывали в детстве – скольжение вместе с волной с помощью только своего тела – это бодисерфинг.
Затем, вероятно, первые серферы стали использовать дощечки с большей, чем тело, плоской площадью и лучшим скольжением (бодибординг), а также промысловую лодку и серфинг (скольжение) на ней как способ побыстрее добраться до берега по воде. Полинезийцы искусно владели веслом – они максимально контактировали и взаимодействовали с водой, чтобы добывать еду и перемещаться в новые места.
Серфинг имел практическую подоплеку – умение проворно проходить прибой и скользить по волнам означало успешную транспортировку добычи к берегу с меньшими усилиями.
Конечно, есть огромная разница между практическим скольжением и весельем да спортивным состязанием в воде. Что появилось раньше – сказать очень сложно. В статье мы подробным образом расскажем вам о том, как описывали серфинг первые европейцы.
Серфинг: этимология слова и современное определение
Лингвисты считают, что слово «surf» берет свое начало в конце 17 века, по-видимому, от устаревшего слова «suff», означающего «прилив». Прилив в общем понимании – прибытие и уход воды, подъем и снижение ее уровня.
Специалисты по языку подчеркивают, что на «suff» могло повлиять написание «surge».
Это слово восходит к 15 веку и может быть переведено как «внезапное мощное движение вперед или вверх, толпой или природной силой, приливом».
«Surge» (что означает «фонтан» или «пар») происходит от старофранцузского глагола «sourge», на который, в свою очередь, повлияло латинское «surgo/surgere» (подниматься).
Лингвисты подчеркивают, что слово «surge» изначально использовалось для обозначения «подъема и падения волн», а также для обозначения «больших волн».
Оригинальное латинское слово «surgo» означает «подниматься, вставать».
В серфинге люди «поднимаются и стоят» на доске для серфинга вместе с волнами и приливами, которые также поднимаются и и опускаются.
Слову «Surgo», лингвистической матери слова «серфинг», около 2000 лет!
Surgo/Surgere (латиница) > Sourge (старофранцузский, 15 век) > Surge/Suff (английский) > Surf (17 век).
Современное определение
Гавайцы называли серфинг – «he’e nalu», а серфборд – «papa he’e nalu».
Англоговорящие называли доску для серфинга – «floatboard», «sharkboard», «broad-board», and «bathing-board».
Определение «surf-board» впервые использовалось в 1790-х годах. Термины «surfer» и «surfing» начали использоваться в начале 20 века, заменив такие названия как «surf-swimming», «surf-boarding», «surf-bathing», «surf play», and «surf sport».
Первые документальные упоминания о серфинге
Captain Samuel Wallis, 1767 год, Tahiti
Команда капитана Джеймса Кука была не первой, посетившей Сэндвичевы острова (Гавайи). За год до его кругосветного путешествия, на Гавайях побывала первая кругосветная экспедиция под руководством офицера Сэмюэла Уолиса на бриге «Dolphin», которая искала таинственную Индию, как и мореплаватель Дж. Кук, но неизменно находила Гавайи.
Остров Таити был открыт английским исследователем Сэмюэлем Уоллисом 18 июня 1767 года. Прибыв на восточное побережье, Уоллис не смог найти подходящую стоянку для корабля из-за большой волны, препятствующей безопасному входу внутрь рифа, но зато они увидели как местные успешно проходят прибой в таких жестких условиях на своих каноэ и прекрасно чувствуют себя в воде:
«(Длинные) лодки продолжали зондировать воду до полудня, когда моряки вернулись с сообщением, что рифы находятся на глубине пяти саженей, в четверти мили от берега, но что в том месте, где была питьевая вода на берегу, был очень высокий прибой».
«Офицеры сказали мне, что жители толпились на берегу и что многие из них, несмотря на жесткие условия, приплыли к лодке с фруктами и водой.»
Первую, похожую на сёрфборд доску, он описал так:
«..небольшая доска, около двух с половиной футов в длину, с острым носом, как часть каноэ».
Joseph Banks, 1769 год, Tahiti
Наиболее подробно этот изящный вид спорта описал ботаник-натуралист Джозеф Бенкс из команды Джеймса Кука, 29 мая 1769 года, когда они впервые прибыли на Таити. Джозеф Бенкс, помимо огромной ботанической коллекции, в подробных дневниках описывал быт и привычки дикарей, а серфинг он увидел случайно и намного интереснее читать эти сакральные заметки на языке оригинала, а еще лучше – с оригинала, но, к сожалению, фотографий этих страниц я не нашла, только текст:
«Возвращаясь на лодку мы увидели, как индейцы развлекались или упражнялись весьма удивительным образом. Это было в месте, где берег не был закрыт рифом, как это обычно бывает, и высокий ужасный прибой обрушался на берег: ни одна европейская лодка не могла бы пристать к нему в таких условиях, и я думаю, что ни один европеец, каким-либо образом попавший в такие условия, не мог бы спасти свою жизнь… так как берег был покрыт галькой и большими камнями.
Посреди этих бурунов плавали 10 или 12 индейцев, которые всякий раз, когда рядом с ними разбивался прибой, разделялись под ним с бесконечной легкостью, выныривая с другой стороны обрушившейся волны (*дакдайв); но главное их развлечение было на старом каноэ: с ним перед собой они выплывали до самого дальнего пика обрушения волн, затем один или два попадали в него и неслись вместе с волной с невероятной быстротой к берегу. Иногда их выносило почти на берег, но обыкновенно волна обрушивалась на них еще до того, как они проходили половину пути, и в этом случае они разделялись и быстро поднимались с другой стороны волны с лодкой, которую контролировали руками и буксировали снова, и тот же метод повторялся раз за разом.
Мы стояли, любуясь этой замечательной сценой, целых полчаса, за это время ни один из купающихся не попытался сойти на берег, все, казалось, были чрезвычайно увлечены своим странным развлечением».
Все эти узкие лодки, которые я видел на островах, непропорционально узки по сравнению с их длиной, из-за чего их так легко опрокинуть, что даже индейцы не осмеливаются ходить в них, пока они не будут оборудованы приспособлением, чтобы предотвратить это неудобство – это делается либо путем скрепления двух таких узких лодок вместе бок о бок, как было описано ранее, и в этом случае одно поддерживает другое, и они становятся самым устойчивым средством передвижения, какое только можно себе представить; или вариант для одного человека – узкая лодка скрепляется с деревянным бревном, привязанным к нему двумя шестами и оно обеспечивает равновесие, хотя и не так надежно – я видел, как индейцы очень часто их опрокидывали.
Основано все это на тех же принципах, что и в лодках «Проа» на островах Ладрон, описанных в путешествии Энсона, где оно называется “Аутригер”: на этих лодках гребут большими веслами с длинной ручкой и плоской лопастью; из них обычно у каждого в лодке есть несколько гребцов, и они довольно быстро продвигаются по воде. Однако они настолько негерметичны, что по крайней мере один человек почти постоянно занимается сбросом воды. Единственное, в чем они преуспевают, — это ювелирное приземление в прибое, потому что из-за своей длины и высокой кормы они всё равно успешно выходили на берег в прямом смысле – сухими из воды, тогда как наши лодки почти не могли успешно приземлиться и отчалить от берега в таких условиях».
Примечательно, что слово “SURF” используется, конечно, не как обозначение серфинга по волнам, а как определение “прибоя” или пика волны.
В последующих экспедициях, Бенкс восторгается умениями диких островитян, которые без современной (на то время) техники и приспособлений, умеют предсказывать погоду разными действенными методами и успешно пользуются этим для перемещений между островами. Мощный свелл, который он и его команда увидели на Матаваи Бэй, также был безошибочно предсказан таитянами. Расчетная высота волны составляла 27 футов (8 метров).
James Morrison, 1778 год, Matavai Bay
Джеймс Моррисон был помощником боцмана на судне “Баунти” и пробыл в результате мятежа на островах 4 года. Долгосрочное знакомство Моррисона с традиционной культурой, охватывающее полный двенадцатимесячный климатический цикл, заметно контрастирует с относительно краткосрочными посещениями полинезийских островов большинством европейцев в 18 веке.
Кроме того, его рассказ о серфинге дополняется экстремальными условиями волнения, которые доставляли Блаю и его команде значительные трудности и угрожали безопасности судна.
Его заметки содержат много полезной и интересной информации. Моррисон описывает некоторые основные элементы серфинга, ранее записанные Бэнксом, за исключением того, что островитяне наиболее искусно катаются в положении стоя. Серфинг в положении стоя не был описан участниками третьего тихоокеанского путешествия Кука и, по-видимому, не подтверждаются в отчетах с Гавайев примерно до 1825 года преподобным Уильямом Эллисом.
Кроме того, Моррисон дает некоторое представление об экстремальных условиях серфинга, предпочитаемых таитянскими серфингистами, указывая на предпочтение более критической формы волны и потенциальной максимальной высоте волны и продолжительности проездов. Он сообщает, что появление большого прибоя стало значительным общественным событием, и серфингом занимались представители обоих полов и всех возрастов:
«Они берут кусочки доски любой длины, с помощью которых подплывают к задней части прибоя, наблюдают за его подъемом иногда в миле от берега и, положив грудь на доску, удерживают равновесие, чтобы всплыть на его пик, с удивительной быстротой они поворачиваются и, нырнув под волну, снова выплывают, таща за собой свою доску… некоторые настолько искусны, что стоят на своей доске до тех пор, пока прибой не прекратится».
«Когда преобладают западные ветра, на берегу постоянно поднимается сильный прибой, достигающий огромной высоты … часть берега, которую они выбирают для своего спорта, – это то место, где прибой разбивается с наибольшей силой… они наблюдают за подъемом прибоя иногда в миле от берега».
«… в этом развлечении оба пола превосходны… Дети также занимаются спортом в небольших зонах, и, поскольку большинство из них учатся плавать, как только начинают ходить, несчастных случаев с утоплением практически не происходит…. Они прибегают к этому виду спорта в большом количестве и продолжают заниматься им в течение нескольких часов».
Кстати, он же упоминает о сёрф-этикете! Он описал, что количество участников велико и они стараются уезжать в сторону друг от друга, но если не получается, то это переносится без злобы или споров:
«Поскольку они часто сталкиваются друг с другом при выходе и заходе, им требуется
величайшее мастерство в плавании, чтобы не наткнуться друг на друга… если это произошло, не смотря на грубое столкновение, они мало обращают внимание на это и придя в себя, возвращаются к своему спорту».
Примечательно, что в отчете Джеймса Моррисона отмечаются профессиональные навыки таитянского правящего класса в серфинге, что согласуется с полинезийскими легендами, но не зафиксировано в самых ранних сообщениях европейцев с Гавайев.
«Вожди, как правило, лучше всех справляются с этим, а также со всеми другими развлечениями, а их подчиненные стараются не отставать в этом. Эддея – одна из лучших среди Островов и способна конкурировать с лучшими пловцами-мужчинами. Эддея – жена короля островитян, которая была не только превосходной спортсменкой, но и очень умной, сообразительной и любознательной женщиной».
Charles Clerke, 1778 год, Waimea
Корабельный офицер Чарльз клерке и его команда были потрясены, увидев, как люди катаются по волнам на кусках дерева.
Клерке писал, как островитяне использовали что-то, что больше походило по формe на один из ножей для бумаги, которые выглядели в то время как большие палочки для мороженого, т.е. походили на лонгборды:
«Эти люди управляют своими лодками с поразительным мастерством и они чувствуют себя в воде очень комфортно, как будто это их родная среда обитания. Для развлечений в воде они используют тонкий кусок доски около 2 футов в ширину и 6 или 8 в длину, точно по форме одного из наших ножей для бумаги из кости; на него они садятся верхом ногами, затем, положив на него грудь, они гребут руками, а рулят ногами и прокладывают такой путь по воде, что могут легко обогнуть самые ходовые лодки, имевшиеся у нас на двух кораблях, несмотря на все усилия экипажа, на расстоянии очень большого расстояния в несколько минут».
William Ellis, 1778 год, Waimea
Отчет с описанием досок, используемых для гребли, был сделан Уильямом Эллисом, помощником хирурга во время путешествия Джеймса Кука, в январе 1778 года:
«Их каноэ или лодки — самые изящные из всех, что мы когда-либо видели, — они сделаны из двух разных по цвету пород дерева, причем нижняя часть темная, а верхняя — светлая и они снабжены аутригером.
Помимо этого, у них есть еще один способ передвигаться в воде на очень легких плоских досках, которые мы назвали акульими досками из-за сходства передней части с головой этой рыбы. На них они проходят самый сильный высокий прибой и, гребя руками и ногами, продвигаются вперед с большой скоростью.
Действительно, мы никогда не видели людей настолько активными в воде, которая кажется почти их естественной стихией».
David Samwell, 1779 год, Kealakekua Bay
Дэвид Сэмвелл был помощником хирурга на «Резолюшн» и «Дискавери» во время третьего и последнего путешествия капитана Джеймса Кука в Тихоокеанской экспедиции:
«Когда двое или трое из нас шли сегодня вдоль берега, мы увидели несколько мальчиков и девочек, играющих в прибое, который разбивался очень высоко о берег, когда в залив накатывала большая волна.
Во-первых, они снабжают себя тонкой доской около шести или семи футов в длину и около 2 в ширину, на ней они плывут от берега, чтобы встретить прибой, как только они видят приближающуюся волну, они готовятся и поворачиваются боком, чтобы ее встретить. Они позволяют волне захватить их, а затем умудряются оказаться прямо перед нею или, скорее, на склоне волны, и, таким образом, они ложатся руками ниже пяток, опираясь за переднюю часть волны. Доску, которую подхватывает сила воды, удерживается на волне и с невероятной быстротой гонит прибоем к берегу.
Движение настолько быстрое, что они кажутся летящими по воде, полет птицы едва ли быстрее их. При отплытии от берега, если они встречаются с прибоем слишком близко, они с величайшей легкостью ныряют под него и продвигаются дальше в океан.
Иногда они терпят неудачу в попытке добраться дальше прибоя, так как это требует большой ловкости и пробиваясь некоторое время в такой огромной волне, что мы сочли бы невозможным для любого человека жить в ней, они поднимаются с другой стороны. Смеясь, продвигаются вперед, чтобы встретить следующий накат волны и обычно это им удается, они почти никогда не терпят неудачи более чем с одной попытки.
Таким образом, эти люди находят одно из своих главных развлечений в том, что не представляло для нас ничего, кроме ужаса и разрушения, и мы с изумлением наблюдали за мальчиками и девочками в возрасте 9 или 10 лет, играющими среди таких бурных волн, что даже самые выносливые из наших моряков дрожали перед ними, так как быть вовлеченными в них среди скал, о которые они разбивались с ужасным шумом, они могли видеть ничто иное, как верную смерть.
Верно, что многое, кажущееся трудностью с первого взгляда – легко преодолевается ловкостью и настойчивостью».
George Gilbert, 1779 год, Kealakekua Bay
Мичман на корабле «Резолю